Право критики

Взаимоотношения Творца (Творцов) и критики всегда были и будут неоднозначными. Вероятно, пока длится процесс созидания, будет необходимость в его качественной оценке. Пока Творец создает только для себя, он сам себе прокурор, адвокат и судья, но как только он обнародует свое произведение, ему оно больше не принадлежит, и его оценка в контексте общечеловеческих интеллектуальных приобретений неизбежна. Почему? Да хотя бы потому, что в этом процессе непрекращающегося созидания и самовыражения человечество ищет тот фильтр, который оставит только самое ценное, и, проанализировав его, сформулирует свои критерии Совершенства.

Этим фильтром работает критика. При условии, безусловно, что она способна к самосознанию, и готова признать, что и она сама далеко не совершенна. Ведь ее путь вдвойне сложен: борясь с собой за максимальную непредвзятость и проницательность, она каждый раз должна устоять под давлением общественного (далеко не идеального) вкуса и амбициями (не всегда подлинных) Творцов.

Критика (как бы этого многим не хотелось) не может быть ласковой, конформизм ─ не ее конек. Ее задача увидеть ─ выделить лучшее в ряду многого, проанализировать ─ разобрать и продемонстрировать механизм создания, оценить, определив степень совершенства или указав на причины несовершенства, отсечь то, что не содержит подлинности и является профанацией искусства. Критик ─ очень умный читатель/зритель/слушатель, который умеет описать то, что другие улавливают интуитивно, и с этой точки зрения, он нужен режиссерам, как представитель «говорящей публики». Одновременно критик, не участвуя в процессе создания, но, понимая его механизм, умеет непредвзято оценить результат, и с этой точки зрения он видит больше, чем создатель, который почти всегда в плену своего замысла.

Украинская критика находится в очень сложной ситуации, не имея информационного поля (достаточного количества специализированных, солидных, авторитетных изданий), она вытеснена на задворки последних страниц общенациональной прессы. Она не обладает весом и авторитетом, потому что является одной из самых низкооплачиваемых профессий. И так уж водится, что зачастую тот, кто поумнее, идет зарабатывать деньги. А уж все остальные… занимаются критикой, что в свою очередь дискредитирует и профанирует критику как институт. К ней не прислушиваются, потому что она давно ничего не говорит ценного, и никто не верит, что сказать она все-таки может. Очень редко бывает так, что критикуют те, кто может это делать, имея интеллектуальное, этическое, эстетическое право.

Если бы дело было только в профанации самой критики, было бы, наверное, только половины беды, но в условиях, когда никто не устанавливает критерия качества, каждый режиссер начинает мнить себя богом ─ последней инстанцией и мерилом истины. В Европе и России под давлением критики плохая постановка снимается с репертуара. И это правильный путь. В Украине множество откровенно слабых постановок прекрасно существуют на сценах украинского театра, постепенно снижая и без того невысокий вкус отечественного зрителя.

Безусловно, бывает, и другая сторона медали, когда критика крепнет настолько, что начинает пожирать театральный процесс (с обеих сторон всегда найдется паршивая, но самоуверенная и наглая овца). И есть печально известные примеры травли достойных режиссеров в прессе ─ травля Эфроса критиками Зубковым и Абалкиным.

Но все же без критики театральный процесс (искусство в целом) невозможен.

_____________________________________________________________

Что думаете вы по этому поводу?

Зачем нужна критика? Нужна ли вообще? В какой мере? Насколько веско моральное право одних людей оценивать и критиковать других? Повлияет ли здоровая критика на современный украинский театральный процесс?

Какое оно право критики?